Ближний рай

    — Яросвет, а ты более-менее видишь путь к тому раю?
    — Только ближнюю часть — до того, как прочно возьмём в руки Поле. Вот пройдём эту часть — тогда увидим, что дальше.
    — А скоро пройдём?
    — Лет триста или четыреста.
    — А может, меньше?
     — Если очень уж удачно всё сложится.
    — Допустим, уже прошли. И что там видим? Прежде всего, где ядро государства?
    — Ему не место ни в самом Поле, ни вдалеке от него: первое опасно, второе неудобно. Оно будет в Низовской земле.
    — А насколько велика вся страна?
    — Весь север и восток нынешней Руси — точно наши, а насчёт остального — увидим; юго-запад, вероятно, отделился и живёт сам по себе.
    — А власть какая?
    — Переходит от отца к старшему сыну; словом, династия. Все князья подчиняются правителю — он великим князем будет называться, вероятно. Единая власть — нет усобиц.
    — А опасность тирании? — встревожилась Навна.
    — Порядок опирается не столько лично на правителя, сколько на князей, а те, в отличие от нынешних бояр, сами привыкли заботиться обо всей Руси. Они не допустят тирании.
    — Вот тут не всё ясно… но ладно, про это потом. А насчёт внешних угроз как?
    — Поле под русской властью, и потому степняки на Русь не нападают. А с другими угрозами справиться легче. Так что жизнь весьма мирная.

    По сравнению с современностью такое — воистину рай; пусть не тот самый высший, а куда более скромный, но зато и куда более достижимый. Ближний рай — так Навна его для себя прозвала.
    Опять в Мире жизненного пути она видит перед собой крутую гору, на вершине которой сияет это светлое будущее. Причём ясно, что и на сей раз в один приём туда не взойти. Тут несколько сложнейших задач, каждая из которых требует сосредоточения именно на ней; решать их можно лишь поочерёдно.
    Но сначала надо посмотреть, что получится в итоге.

    Воодушевлённая Навна растаяла в нарисованном Яросветом мире, порхала там из будущего Новгорода в будущее Поле, из будущего Смоленска в будущее Заволочье и так далее, всё внимательно разглядывая —  хотя мало что чётко различала. Купалась в своём новом раю, стараясь не вспоминать о том, что он пока всего лишь воображаемый.
    А когда вспомнила, принялась поглядывать оттуда на современность, на предполагаемые пути между тем временем и нынешним. Так в каком порядке решать намеченные задачи? Одна за другую заплетается — и очень уж хочется сразу всё.

    Сделала шаг в сторону современности — то есть в такое время, где Ближний рай ещё не достигнут, поскольку чего-то важного для него недостаёт. Но чего именно? Побродив там какое-то время в раздумье, Навна оттуда полюбопытствовала:
    — Яросвет, а чего тут не хватает? За что мы возьмёмся в последнюю очередь?
    — За установление единовластия, что прямо связано с объединением страны и продвижением в Поле.
    Следующий шаг.
    — А здесь что?
    — Здесь центр Руси не переместился ещё на север.
    Навна ступила дальше:
    — А здесь?
    — Здесь княжеский род ещё не привязан к Руси по-настоящему, может оторваться и раствориться в иностранных элитах. Главное отличие от современности в том, что Русь живёт мирно, не рвётся к завоеваниям.
    Со следующим шагом Навна очутилась уже в своём времени, где Русь даже и мирно жить не готова.
    — Значит, четыре шага. По полвека на каждый?
    — Разве что в идеале. Но и по столетию на каждый тратить точно нельзя.